«Перезагрузка» в отношениях с Россией была своего рода полезной уловкой со стороны США, заявил в интервью Voice of America советник Джорджа Буша-старшего Брент Скоукрофт. По его мнению, главной целью политики «перезагрузки» было заново выстроить отношения с Владимиром Путиным, выражавшим в свое время крайнее недовольство итогами холодной войны.

БРЕНТ СКОУКРОФТ, советник президента США Джорджа Буша-старшего: Советский Cоюз проходил через период стареющего или нездорового лидерства, и Горбачева привлекли во власть, чтобы стимулировать систему. Каким именно образом стимулировать, мы не знали, и я не уверен, что он сам знал. Но то, что он сделал на самом деле — он задался вопросом: «Что я должен сделать, чтобы Советский Cоюз продолжал функционировать?»

И решил, что лучшее, что он может сделать, — это усовершенствовать рабочую продуктивность. Он организовал кампанию против пьянства, прогулов, коррупции. В дополнение к этому он пытался стимулировать Коммунистическую партию к проведению внутрипартийных реформ. Он не был демократом, но пытался добиться большей эффективности от системы и снизить степень подавления и угнетения. И вот, в процессе этих реформ он недооценил систему.

О Горбачеве и национализме.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Я думаю, его главная неверная оценка касалась силы национализма. Мне кажется, он полагал, что национализм был глубоко задушен системой, и он носил характер советского национализма. Не русского, не украинского, не белорусского. Я думаю, именно это действительно подорвало его систему.

О Берлинской стене.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Фактически, Горбачев способствовал падению Берлинской стены. Не потому что он поддерживал наши усилия, получилось так, что мы работали в одном направлении. Падение стены напугало его. И он был достаточно осторожен, чтобы не сопротивляться этому.

Мы старались способствовать возрождению в Восточной Европе стремления к независимости. Но на этот раз мы пытались быть умнее. Начиная с Берлина, Венгрии, Праги, мы, если угодно, вдохновляли восстания, а Советский Cоюз их подавлял. Мы хотели снова вдохновлять, но вдохновлять так, чтобы острота ситуации оставалась ниже такого уровня, при котором Москва посчитала бы необходимым вмешаться и подавить. Мы, конечно, не знали, каким именно должен быть темп, но такова была наша стратегия.

Наша стратегия заключалась в том, чтобы поощрять усилия Горбачева. Когда мы впервые услышали, что стена в Берлине открылась, мы еще не были уверены, но все же пригласили прессу в Овальный кабинет, и президент сделал заявление.

Журналисты спросили: «Господин президент, вы не выглядите слишком окрыленным. Мы думали, вы поедете и станцуете на стене».

Президент ответил: «Я не эмоциональный парень». Он пытался сказать на самом деле, что все выигрывают от окончания холодной войны. Не было победителей и побежденных: победили все. И мы не хотели обидеть Горбачева, заявляя: «Посмотрите, что мы сделали!»

О конце холодной войны.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Я предпочитаю считать концом холодной войны воссоединение Германии или совместный подход к вторжению Садама Хусейна в Кувейт.

О Ельцине и Горбачеве.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Я думаю, одним из важнейших элементов того, как, в конце концов, случился развал СССР, была растущая вражда между Горбачевым и Ельциным. Они начали как товарищи, но в дальнейшем отчуждение между ними стремительно росло. И когда случился путч против Горбачева, Ельцин захотел использовать эту ситуацию против Горбачева. Как ты можешь устранить Горбачева? Просто вытащить из-под него Советский Cоюз. И я думаю, конец СССР, его технический конец, наступил большей частью потому, что Горбачев остался без работы.

Об Августовском путче.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Путч не удался, и для нас это было странно, потому что это были люди, которых мы больше всего опасались: КГБ и армия. Вероятность успеха была велика. Но путч не был достаточно серьезно подготовлен и осуществлен. И главную роль исполнил Ельцин, стоя с лозунгами на танке.

Он знал, что военного подавления не будет. Затем последовала попытка Горбачева воссоздать Советский Союз в форме добровольной системы, но было слишком поздно. Как я уже сказал, он недооценил силу национализма.

О китайской модели.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Что сделали китайцы? Они изменили систему экономически, обеспечив народ покупательской способностью, пока еще имели контроль над системой. В то время как Горбачев делал все наоборот: он пытался изменить дух людей, чтобы изменить систему. Стоило ли ему пытаться сделать это другим способом? Этого мы уже никогда не узнаем.

О наследии Горбачева.

Я думаю, его наследие – в исчезновении Советского Союза и системы, потому что, если бы он был человеком другого типа, скажем, другим Брежневым, система могла бы существовать еще какое-то время. Хотя в конечном итоге она бы обрушилась. Но это необязательно должно было произойти именно в тот момент. Коллапс СССР случился именно благодаря действиям Горбачева: он разрушил саму основу системы.

О сегодняшней России.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Я думаю, это страна, которая все еще ищет свою душу. Со времен Петра Первого в России идут внутренние споры по поводу того, относятся ли они к азиатской культуре или к европейской культуре, не воспользовавшейся Просвещением и Реформацией.

Мне кажется, этот спор продолжается и сейчас. До сих пор мы увидели только трех лидеров: Горбачева, Ельцина и Путина, можно упомянуть и Медведева. Все они очень разные люди и пытаются делать разные вещи. Но мне кажется, пройдет еще несколько лет до того, как русские, в конце концов, поймут, кто они и что они. И может быть, все закончится тем, что они скажут: «Мы европейцы».

О Путине.

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Ясно, что Путин всегда был решающей силой. И не думаю, что это изменится. Путин увидел, что стиль Медведева был полезным. Если он будет что-либо модернизировать в своем негодовании, на самом деле можно просто почувствовать его негодование по поводу того, каким образом закончилась холодная война. Он даже сказал нам: «Когда мы были слабы, вы прошли по нашим головам».

Инстинкт безопасности России всегда основывался на расширении внешних границ и увеличении стратегического пространства, правильно это или нет. Я не думаю, что Путин пытается воссоздать Советский Союз. Но создание дружественных стран-соседей может быть частью такой стратегии.

О «перезагрузке».

БРЕНТ СКОУКРОФТ: Я думаю, что «перезагрузка» в каком-то смысле была уловкой. И мне кажется, она полезна, потому что ее цель – выстроить отношения с Путиным и его чувством обиды по поводу того, что мы «прошли по головам».
Мы «перезагружаемся», чтобы начать все сначала.

Подробнее: http://news.mail.ru/politics/7301892/?frommail=1