Один раз мне пришлось обедать в командировке, в столовой нашего головного офиса в Голландии... На выбор там было только несколько видов бутербродов и вода типа колы-спрайта... Стою я, значит, в очереди на кассу, чтобы оплатить этот бутерброд, а на кассе столпотворение! Никто из местных не желал оплачивать свои покупки потому, что потерялась открывашка и никто не мог открыть воду! В сухомятку, оказывается, они жрать отказываются, блин!
Я попросил пропустить меня вперед... оплатил свой гребаный бутерброд с колой, открыл бутылку об другую и пошел за столик есть... У местных аборигенов был шок, как будто я на их глазах впервые добыл огонь!! В итоге все мои иностранные коллеги выстроились в очередь к моему столику с просьбой открыть им бутылку! И тогда я почувствовал гордость за свою страну, которая обучает нас таким простым и важным навыкам _______________________________________________

Вчера сижу себе за компом, никого не трогаю, подходит сестра:
- Это всё твоё влияние! Чтобы к ребёнку больше не подходил!
Поясняю: ребёнок - это племянник мой 8-летний, сын её. Заявление удивительно тем, что я от него и так постоянно открещиваюсь как могу, а его мне навязывают уроки делать или ещё что. Но вожусь я с ним всё равно много. И тут такое заявление. Я даже подумал, что ослышался.
- Что?
- Говорю, чтобы к Ваньке больше не подходил!
- Да с радостью, а случилось-то что?
Оказалось, что в школе был какой-то психотренинг. Ну когда приходит в класс тётенька или дяденька, задаёт детям тупые вопросы и по ответам делает выводы о развитии, состоянии психики, а потом с родителями беседует. Продолжаю не въезжать.
- Ну и что?
- Его спросили: "Кто пасётся на лугу?" И знаешь, что он ответил?
- Что?
- ЗАГОТОВКИ ДЛЯ РАГУ!

Не хотел Саня на рыбалку ехать. Очень не хотел. Как чувствовал. Но друзья всю неделю уговаривали — по телефону, по душам и по загривку.
Друзей понять можно — они машину искали. А у Сани машина была. На пятый день Саня понял, что ехать придется. Жене сказал, что едет к маме, любовнице
— как ни странно, то же самое. Обеим обещал вернуться к вечеру.
Галдящая орава Саниных друзей достала водку и начала рыбачить еще в машине, в шесть утра. На полпути снасти закончились, и пришлось останавливаться, чтобы купить еще. После прибытия на место рыбалка продолжилась, и спустя часа три-четыре Саня, как самый трезвый, был командирован за новой порцией наживки. И закуски. К вечеру друзья висли на Сане и уговаривали:
— Ну, давай, выпей с нами. Вот мы тебе налили, вот тебе килечка. Оставайся!
Саня с полным до краев стаканом в руке лишь мотал головой — не буду, мол. Ему предстояло развести всех по домам, и оставаться на ночь не хотелось.
— Ну, ладно, — сжалились друзья, — Дуй домой. Мы останемся. Сами завтра доберемся. Пойдем, до машины проводим. Саня вышел на полянку... и обомлел.
Его родная "четвера" стояла на бревнышках. Колес у машины не было.
Сняли. Вот же, блин, съездил к маме! Что делать? Как отмазываться?!
Друзья тоже притихли и топтались вокруг горемыки. Потом один из них робко тронул за плечо:
— Ну, чего, Сань... Завтра утром что-нибудь придумаем. На вот, хлебни для успокоения. Саня молча съел стакан водки в три глотка. И тут друг повернулся куда-то в сторону леса и заорал:
— Народ! Все, он выпил!
Из кустов выкатились четыре Саниных колеса.
ЖЖ